От антресолей до праздничного стола: самовары обретают вторую жизнь в руках мастера из Шымкента

Специалист по реставрации самоваров Владислав Ибрагимов не просто распахнул двери своей мастерской для корреспондента Zakon.kz, но и раскрыл секрет, почему «самогреи» по-прежнему в цене.

Как говорит сам умелец, чаепитие – дело тонкое. Это как маленький праздник, когда за столом собираются самые близкие, делятся новостями и переживаниями, а по кружкам разливается горячий чай. Он может быть с добавлением мяты, чабреца, листьев смородины, но главная изюминка – легкий аромат дымка.

Свой первый самовар Владислав Ибрагимов отреставрировал в пандемию коронавируса. Пока весь мир худел в марафонах, изобретал способы зайти в аптеку за маской без маски и развлекал себя как мог, молодой человек нашел в кладовке старый механизм, а вместе с ним – новое хобби, позже переросшее в дело жизни. Которое, к слову, приносит ему неплохой доход. Если вы думаете, что самовары канули в лету, то глубоко заблуждаетесь. Сейчас они вновь в обиходе, и люди готовы платить любые суммы как за реставрацию, так и за покупку качественного «пузатого».

«Вообще я комплектовщик мебели, но 99% времени занимаюсь самоварами. Называть себя реставратором антиквариата, наверное, будет громко, хотя с другой старой утварью я тоже работал – реставрировал медные и латунные кувшины, казаны, тазы. Но основное мое направление – именно самовары. Первым, кстати, был довоенный «фонарь», который я чистил наждачной бумагой. Я его в итоге доделал и продал», – поясняет Владислав.

За шесть лет через его мастерскую прошли сотни, а возможно, уже и тысячи образчиков – у каждого своя «судьба». Одни годами пылились в дедушкиных сараях, другие, забытые, стояли на антресолях, а некоторые и вовсе едва не отправились на металлолом. Но их вовремя спасли люди, которые не захотели расставаться с памятью.

«Сейчас делаю примерно по десять самоваров в неделю, практически без выходных. В первые годы объемы были меньше, сейчас – больше. Для меня это уже ежедневная, довольно плотная работа, но при этом она любимая. Самый дорогой и уникальный самовар, который я приводил в порядок, – коллекционный 45-литровый «Тульский левша». Их всего вышло 15 штук. Мне он достался случайно. Изначально он был электрическим, я переделал его под классическую топку на дровах. Продал за миллион тенге. Хотя цена была занижена: в то время в интернете продавался только один такой же в России, и за него просили миллион рублей», – рассказывает собеседник.

Но о том, что продешевил, Владислав не грустит. Признается: есть нечто более ценное в его работе, чем купюры, – трогательные истории и возможность «оживить» воспоминания тех, кто обращается за помощью.

«Принес мужик обычный советский самовар в ужасном состоянии. Ремонтировать его было нерентабельно: работа обошлась бы дорого, а идеальным он бы все равно не стал. Я ему честно предложил: «Сдайте его на цветмет, добавьте те же деньги, что отдадите за ремонт, и купите у меня готовый идеальный самовар». Он отказался наотрез. Сказал, что не продаст его ни за какие деньги и не променяет ни на что, потому что это память о маме. Я его отреставрировал, человек был очень доволен и долго благодарил», – делится реставратор.

Отметим, что цена самовара на базаре стартует от 15 тыс. тенге, стоимость антиквариата измеряется сотнями тысяч. Реставрация тоже обойдется в копеечку, но тут уже платишь за ностальгию, а при правильном использовании – и за посуду, готовую служить еще нескольким поколениям.

«Обычный советский самовар – от 20 тыс. тенге. Если это старые вещи – довоенные, дореволюционные, царские – где нет никеля, и нужно работать с чистой латунью, то там все индивидуально – от 50 тыс. тенге и выше. Зависит от объема повреждений, количества трещин и нехватки деталей», – озвучивает расценки герой нашего материала.

Прежде чем старый самовар снова засияет, мастеру приходится проделать десятки операций. Процесс далеко не быстрый и требует немало сил, терпения и кропотливой ручной работы.

«Сначала полная разборка и распайка. Потом рихтовка – выпрямление всех вмятин. Дальше очистка от накипи до чистого металла и пищевое лужение изнутри самого самовара и его трубы. После этого – первая мойка, сборка, когда обратно припаиваются ручки, кран, труба, снова мойка, полировка до блеска. В самом конце подгонка крана и сборка мелочей – хватки на крышку и остального. Самый тяжелый и нудный этап – чистка от накипи. Ну и первая мойка после черновых работ тоже отнимает много сил», – говорит Владислав.

Удивительно, но в век современных технологий, «умных чайников», работающих от смартфонов и интернета, у самоваров по-прежнему есть свои поклонники. Их не спешат выбрасывать – наоборот, стараются купить на барахолках, восстановить и снова использовать по назначению.

«У такого чая есть характерный вкус и запах дымка, которого никогда не будет от газа или электрочайника. Плюс сам антураж: напиток из самовара обычно пьют на улице – во дворе, на даче, на природе. А на свежем воздухе все всегда кажется вкуснее. В Казахстане и Узбекистане самовары сейчас даже более популярны в быту, чем на своей исторической родине. У нас их действительно любят, ставят во дворе, чай разливают по пиалам на любых семейных праздниках или посиделках. За таким чаем всегда собираются и казахи, и русские, и узбеки, так что да – вещь абсолютно интернациональная», – завершает мастер.

Секрет популярности «самогрея» на самом деле прост – нынешняя утварь попросту не создает той атмосферы из прошлого. Ведь «пузатый» не просто греет чай – он дарит радость встреч и душевных разговоров. А значит, его время еще не вышло.